Субботник в заповеднике. Начало.

Неделя обещала быть довольно унылой, осень, серость, мелкий дождь, все прелести климата средней полосы, поставил на прикол дутыша, придется обходиться штатным уазиком и больше двигаться пешком. Впрочем, особой активности в районе не намечалось, а, значит, и я мог ограничиться протокольными обходами и все остальное время сидеть «дома» и плевать в потолок или вышивать крестиком. Дни короткие, пришло время экономить силы, топливо и электричество.
Мироздание в лице начальства решило иначе.
— Сорокпятый, ответь нольпервому.
— На связи.
— Ты давно на субботнике не был, верно? И хочешь поразмяться?
Судя по постановке вопроса, все уже было решено. И мало кого интересовали мои взаимоотношения с субботниками, воскресниками и первомаями.
— Где и как надолго?
— По соседству, Заповедник. Бывал там?
— Не довелось.
— Вот и расширишь горизонты, собирайся и поезжай, без докладов, это не в службу, просто помочь надо хорошим людям, соседям, опять же.
— Оборудование брать? Что там вообще намечается?
— Рукавицы возьми, рабочие, пригодятся, и болотники. А твои игрушки там без надобности, лишнее это. Это максимум на пару дней. Тебя заберут от Братской могилы через два часа.
— Понял, нольпервый, до связи.
— До связи.
Вот тебе  и Юрьев день, зато уже не скучно. Собрался, прикинув, что климат там, скорее всего, не очень отличается от нашего, захватил минимум снаряги,  не стал «забывать» рукавицы, перчатки, сапоги. На всякий пожарный положил пару сухпайков и выдвинулся, можно сказать налегке, пешком.
Что я знаю о Заповеднике? Он же  — урочище Княжий Лог.  Знал я немного, у нас не принято особо интересоваться чужими участками, меньше знаешь — крепче спишь, в прямом смысле. Знал, что там нет или почти нет заброшек, знал, что участок под особой охраной, что посторонних там еще меньше, чем на моем. И знал, что там спокойнее. Вот, наверное и все. Была у меня и примерная его карта — лес, болотца, пара крупных ручьев, несколько грунтовок или бывших грунтовок, кто знает что там сейчас. Все очень типичное для нашей местности, там даже при советах жилья не было особо, так, пару сторожек и вышек, и все. Зверье, скорее всего, тоже обычное — кабан, лось, косули и разная мелочь. И рыси на ветвях сидят? Вполне возможно, места дикие, почему бы и нет. И пусть сидят, мне Арсения хватает.
Добрался до Братской могилы, уазика еще не было, бросил рюкзак, закурил, машинально протер буквы на граните. Не знаю, для кого я это делаю, но каждый раз, когда тут бывают, зачем-то протираю табличку. Тут покоятся… Но главный вопрос пока что оставался без ответа — для чего я к ним еду, делать то что будем? Бревна грузить? Валежник собирать? Или кормушки в порядок приводить? Кто знает, что там, наверху учудили, может зубров завезли, разводить. Или страусов, например.
Тем временем подъехал «уазик», закинул рюкзак, уселся сам и поехали, надеюсь, не останусь без зубов на кочках, благо, тут не так уж далеко. Водила (все время забываю, как его — Виталик? Витя? Валера?) был явно в настроении. Пришлось выслушать, как он вчера завозил в Периметр очередного «специалиста», как было весело и занятно. Иногда я даже кивал и говорил «Да ну? Нормально» и прочее, что полагалось по протоколу. Веселого в его рассказе было мало, если вдуматься. Просто еще один бедолага вляпался, не особо понимая, во что лезет, скорее всего от безденежья. Но может повезет и выживет и останется в здравом рассудке. Я же жив.
Добрались, проехали пост, документы, досмотр, впрочем, какой там досмотр, все свои, нечего искать, еще километра полтора и подъехали к домику смотрителя, или как тут зовется «специалист»? Пусть будет смотритель, недосуг мне рыться в штатном расписании, тем более его у меня нет, оно вообще секретно.
Так, а это вот что такое там? Не дрова ли случайно? А вот и субботник и фронт работ — машина или полторы дров, просто сваленных на землю. Занятно у них тут — дрова, даже не торф, не уголь, дрова. А вон и навес для них, поленница, понятно. Непонятно, какого хрена они сами их не сложили, когда привезли, или сам смотритель — делать все равно нечего небось, не сезон, брал бы и носил, складывал, его котел, его тепло, сам и складывал бы. И ведь, наверное, рубить еще их надо? Раззудись плечо, все дела. Плечо старательно заныло, немедленно, рубить дрова  оно не желало, изобразило артрит. Так, ладно, без паники, раз вызвали, значит надо. Дрова не самое страшное, это же не болота осушать. Хм, а сапоги зачем взять настоятельно  рекомендовали? Нехорошие у меня предчувствия. И ревматизм, кстати.
— Приехали, с вас 20 рублей.
— Бог подаст!
— Ну вот так всегда, делаешь людям добро, а двадцатку жалеют.
— Жизнь — боль, ты же знаешь.
Выгрузился, Виталик (или Витя?), развернулся и уехал.  А я потопал к дому.
— Соседи! Странничка примете? А то так жрать хочется, что аж переночевать негде!
Наверное я заразился от водилы вирусом балагура. Или балагурства? Балагурения, дурость какая.
— Страннички — это хорошо, страннички это надо, а то животных кормить нечем, вернее, некем.
Вот тебе и раз, подумал Штирлиц. Голос у специалиста был женский, вернее, девичий, звонкий. Вот тебе и два, подумали поленница и куча дров. Теперь понял? Понял, понял, не тупой. Пошел на голос.
Вот тебе и три, это подумал я, уже глядя на владелицу голоса. Если кто-то мог придумать идеального смотрителя заповедника в Периметре — то он это сделал, придумал самого нелогичного, самого нестандартного, вернее, нестандартную.
Крошечную женщинку, максимум полтора метра ростом, в  злых ботинках, в смешной шапке с ушами как у панды, бывает, такие носят дети, и с топором, отличным таким топором, очень качественным и, не побоюсь этого слова, брендовым. Смотритель не был ленив, и он, как мог, решал вопрос с дровами, просто смотритель был миниатюрен, а куча дров огромна.
— Привет, подкрепление вызывали? Вижу, что силы противника превосходящи.
— Привет, вызывали!  Но сначала пошли в дом, пить чай, у меня есть правильный чай, и курить папиросы.
И мы пошли пить чай.